касса +7 (495) 629 37 39
сегодня
20:00 / Малая сцена
завтра
20:00 / Малая сцена
касса +7 (495) 629 37 39
Меню
Назад

Что происходит за кулисами спектакля «Синяя синяя птица» в Театре Наций

Детские спектакли несправедливо считают лёгкой версией взрослых, настоящих спектаклей. На самом деле, времени на подготовку спектакля для детей может уйти ничуть не меньше, а посмотреть его могут и взрослые. 30 ноября в Театре Наций состоится премьера спектакля «Синяя синяя птица», над которым работали два года.

Театр Наций для спектакля взял за основу известную пьесу Мориса Метерлинка о Синей птице счастья. Правда, от самой истории, которую придумали больше ста лет назад, осталось немного: только путешествие за этой самой птицей. Команда спектакля вдохновилась классической сказкой, но, по сути, написала ещё одну. Свою. К постановке готовились два года. За это время написали оригинальное либретто, сшили 50 костюмов, подготовили 100 декораций и 50 предметов реквизита.

Главная героиня Митиль превратилась в Матильду, её брат Тильтиль — в Тиля, а общее количество персонажей выросло до пятидесяти: Царица Ночи, Торт Наполеон, оркестр заводных обезьянок, трёхмерные динозавры, синий павлин — всех не перечесть.

Для кого спектакль «Синяя синяя птица»
Режиссёр постановки Олег Глушков говорит, что они хотели сделать сказку, которая была бы настолько же для взрослых, насколько и для детей. Чтобы не было что-то одно. «Это должна была быть история одинаково интересная всем. Дети видят одну историю, взрослые видят чуть другую в соответствии со своим опытом. Задача, честно скажу, сложная: всё время нужно держать в фокусе две плоскости, две реальности. Но любой взрослый может достаточно легко переключиться и перестать думать о тайных и глубоких смыслах».


Как над спектаклем работали все эти два года

«У нас так заведено — все во всём участвуют, — рассказывает Глушков. — Я могу говорить что-то по поводу декораций, художник-сценограф и художник по костюмам говорят мне что-то по поводу мизансцен, порядка сцен, реплик. Тут уже непонятно, кто что придумал. Естественно, больше в смысле художественного, образного решения придумали ребята. С чем-то я сначала был вообще не согласен, но как-то сжился. С чем-то был не согласен, потом наоборот — мне это понравилось больше всего. Спектакль создаётся из того, что нас окружает, из тех эмоций, которые мы все испытываем к нему».

Как придумывали и шили костюмы
Кажется, что за два года сшить 50 костюмов — не такая уж и сложная задача. Но только если это простые костюмы и не нужно перешивать после примерки. «Самый необычный костюм в постановке — трёхметровый надувной динозавр, в котором может находиться человек, — говорит костюмер „Синей синей птицы“ Виктория Щедрина. — В нём есть специальные крепления и вентиляторы для того, чтобы всё работало как надо. Проблема в том, что какие-то недостатки оказываются видны только во время примерки готовой вещи. Где-то жмёт, кому-то неудобно двигаться — всё это нужно учитывать. Поэтому каждый костюм подгоняют под конкретного актёра».

Как придумывалось визуальное оформление «Синей синей птицы»

Художник-сценограф Вадим Воля (кстати, он же написал либретто к спектаклю) признаётся, что в постановке много пиксельной тематики, а вдохновлялся он «изобразительной стороной» компьютерных игр. «Пиксельная графика — это во многом ироническое отношение к реальности. Пиксель — нечто большее, чем просто изобразительный ряд. За этим стоит философия структурирования пространства, деления на единицы. И человек в этой матрице — один из компонентов. Главный вопрос: перерастёт ли он из этого пикселя или пикселем и останется. Иногда даже битым пикселем».


Чем отличаются декорации к детским спектаклям от взрослых

Главное, как говорит Вадим Воля, хорошо себе представлять зрителя, который приходит на спектакль. «Когда мы показываем какое-то изображение, один человек видит за этим подтекст, считывает ассоциацию, а другой видит только то, что ему показывают. И здесь надо иметь в виду, что когда детям показывают конфету — они видят конфету. И в этом они абсолютно правы. Поэтому в семейных спектаклях театральные условности не очень работают. Когда меня маленьким ребёнком водили в театры, мне не очень нравилось, когда из стремянки или стула пытались сделать корабль, пароход или самолёт. Я хочу быть понятным для детей».