касса +7 (495) 629 37 39
сегодня
19:00 / Основная сцена
сегодня
20:00 / Малая сцена
касса +7 (495) 629 37 39
Меню
Назад

На первом представлении Театра наций Ульяна Лопаткина стала клоунессой, а Чулпан Хаматова — гастарбайтером

После многолетней строительной эпопеи открыт реконструированный Театр Наций. У всякого события есть имя, и нынешнее именуется „Евгений Миронов”. Большой актер, на взлете карьеры — к изумлению многих — принявший хлопотную административную должность и предложивший новую концепцию развития Театра наций.

2 миллиарда рублей, потраченных на реконструкцию. Уникальная работа, проделанная архитектором Александром Боровским. Сейчас Театр наций похож на винтажный дореволюционный автомобиль, начиненный запчастями от самых современных машин. Внешне все, почти как при Федоре Корше, труппа которого въехала в это здание в 1885-м. Но пространство трансформируется, а театральная машинерия — если исчислять в параметрах кино — на уровне машинерии Джеймса Кэмерона. 15-го сентября по этому поводу был большой праздник.

В Петровский (во времена Корша — Богословский) переулок закрыли въезд машин, по обе стороны от театра поставили рамки с металлоискателем, перед входом разложили красный ковер. Днем здесь был премьер Путин и по старой традиции забил „на счастье” в сцену серебряный рубль. Как рассказывал потом Евгений Миронов, проделав эту операцию, Путин заявил: „Это пока все, что в моих силах. Остальное — к министру финансов”. Министр финансов Кудрин прибыл вечером — вместе с остальным московским бомондом.

Днем из высокого руководства вместе с премьером приехал только Собянин, хотя и заступивший на пост столичного мэра намного позже, чем началась реконструкция, но свою лепту в это дело внести успевший. Миронов вспоминает, что уже ближе к концу эпопеи со строительством Собянин спросил, есть ли проблемы. „Есть, — ответил Миронов. — Возле входа в театр стоят два овощных ларька, и мне объяснили, что трогать их нельзя: они под милицией”. На следующий день на месте ларьков было, как выразился бы Гоголь, совершенно плоское место.

Мимо несуществующих торговых точек к театру стекалась публика. Звезды политики, бизнеса, телевидения и кино явно преобладали над театралами. Приехал Михаил Горбачев, не так давно вручавший Театру наций „Хрустальную Турандот” за спектакль „Рассказы Шукшина”. Ждали Владислава Суркова. Но он не явился: по слухам, чтобы избежать встречи с Михаилом Прохоровым. Экс-лидер „Правого дела”, несколько лет назад позвонивший Евгению Миронову и предложивший помощь театру, естественно, был: без его участия проект вряд удалось бы реализовать. Сколько людей, вложили усилия (связи, деньги, etc.) в строительство театра стало ясно из произнесенной со сцены длинной благодарственной речи Миронова. Театр Наций действительно строили „всем миром” — если под „миром” понимать политический и бизнес-истеблишмент.

Можно относиться к этому обстоятельству как к неизбежному злу. Но, как продемонстрировал Евгений Миронов, можно и совершенно иначе. Официоз совсем не обязательно становится синонимом пошлости. В зале сидели не большие начальники, а именно друзья театра. Некоторые из них обернулись неожиданной своей стороной. Кто бы, например, мог предположить, что министр культуры Александр Авдеев умеет шутить — во всяком случае, публично. А ведь это именно он заявил со сцены, что целью жизни Олега Табакова было, по всей видимости, воспитать Евгения Миронова и передать ему здание (ранее в театре Корша находился филиал МХАТ). На этих словах Табаков встал и раскланялся.

И концерт-капустник в постановке Василия Бархатова никак не пытался подстроится под бизнесменские вкусы. Настоящий театральный вечер „для своих”, акцентировавший к тому же удивительные вещи. Ульяна Лопаткина с ее привычной, почти монашеской строгостью обернулась выдающейся балетной клоунессой. Прима Мариинки и ее партнер Марат Шемиунов показали номер Le Grand Pas de Deux на музыку Россини, поставленный немецким хореографом Кристианом Шпуком. Балерина танцевала в традиционной пачке, с диадемой на голове, в черных роговых очках и с алой театральной сумочкой в руках, смешивая классические балетные „па” с дискотечными движениями и намеками на русскую плясовую — и это было упоительно. К тому же, гомерически смешно.

Правда, восторг зрителей обернулся „маленькими техническими неувязками”. Зрители требовали „биса”, а ведущие шоу-техники уже запустили — а потом приостановили — очередные видеозаписи. С висящих над сценой экранов великие актеры и режиссеры рассказывали историю здания: с момента реформы 1882 года, сделавшей возможным частную инициативу в театральном деле, до рождения Театра Наций.

Начала однофамилица Миронова — британская актриса с российскими корнями Хелен Миррен. Подхватили рассказ Деклан Доннелан, Олег Табаков, Марина Влади, Богдан Ступка, Юрий Любимов, Джон Малкович, Эймунтас Някрошюс, Валерий Гергиев, Боб Уилсон… За Лопаткиной как раз шли Майя Плисецкая и Джереми Айронс, и у них начался рассинхрон (это когда звук и движение губ не совпадают). Но, как ни странно, этот сбой лишь придал очарование вечеру, подчеркнув спонтанность и непосредственность происходящего.

На сцене, между тем, под овации зала шестеро корейских дошколят из детсада при Пхеньянском музыкальном училище виртуозно исполнили на гитарах и фортепиано попурри из популярных мелодий. Алексей Гориболь аккомпанировал на рояле воздушной гимнастке Иоланте Страдомскайте. Чулпан Хаматова бегала весь вечер с ведром и шваброй, а потом вместе с „Терем-квартетом” пропела We are the Champions на татарском, азербайджанском, грузинском, украинском и таджикском языках (тема гастарбайтеров была одной из ведущих в концерте). Анастасия Вертинская речитативом исполнила „Мышей” Александра Вертинского. Горан Брегович и его свадебно-похоронный оркестр пытались, как они обычно делают на своих выступлениях, разрушить границу между артистами и публикой.

Завершилось все грандиозной дискотекой на сцене и летящим в зал серебряном конфетти. Причем и количество серебра, и траектория его полета, не оставляли сомнений — с техническим обеспечением в этом здании действительно все в порядке.