Завтра
19:00 / Основная сцена
Завтра
19:00 / Новое Пространство. Страстной бульвар, д.12, стр.2
Касса  +7 (495) 629 37 39

Премьера спектакля «Кто боится Вирджинии Вульф?» состоится на сцене Театра Наций в декабре. «Вечерняя Москва» побеседовала с актером Александром Новиным, занятым в постановке.

Спектакль поставил молодой режиссер Данил Чащин. По сюжету семейная пара Джордж (Евгений Миронов) и Марта (Агриппина Стеклова) приглашают в гости Ника (Александр Новин) и Хани (Мария Смольникова), которые становятся свидетелями семейных сцен. Начинаем разговор с актером с обсуждения пьесы.

— Александр, чем примечателен этот текст?

— В свое время пьеса Эдварда Олби «Кто боится Вирджинии Вулф?» была признана главной психологической драмой ХХ века. Об этом писали многие издания, критики. Она была создана в 60-х годах, но до сих пор остается одной из самых востребованных на подмостках мировых театров. Произведение очень сложное. Я понимаю, каков мой герой, почему он делает то, что делает, но каждый раз на репетициях мы задавались одним и тем же вопросом: «Как можно настолько сильно друг друга любить и при этом уничтожать друг друга?» Произведение грандиозное! Уверен, что у нас получилось достойно его сыграть.

— Я слышала, для консультаций на репетиции приглашали психоаналитика. Чем он помог?

— Специалист расставил точки над «i», подсказал, почему Хани ведет себя одним образом, а Ник иначе, что происходит в это время с Джорджем, с Мартой. Безусловно, психотерапевт объяснила нам детали с точки зрения медицины. Но все же я уверен, что есть определенные вещи, которые никакой врач не сможет до конца разъяснить. Например, почему Марта, которая на самом деле безумно любит Джорджа, при этом испытывает необходимость его практически уничтожить. Это очень интересная история, потрясающе написанная пьеса. Я рад, что она теперь есть в репертуаре нашего театра.

— Почему вы называете Театр Наций своим, если у него нет своей труппы?

— Потому что уже 15 лет я играю в Театре Наций, и только тут. Мне посчастливилось работать с потрясающими режиссерами, одними из лучших в мире, а это отличный актерский тренинг. Театр Наций всегда позиционирует себя как пространство, открытое для работы с интересными авторами, необычным материалом. В том, что здесь нет устоявшейся труппы, есть большой плюс: приехать и попробоваться в новую постановку может артист из любого театра, города.

Например, когда проходили пробы в спектакль одного из главных авангардистов театрального мира Роберта Уилсона «Сказки Пушкина», я видел на кастинге всю Москву, были артисты из Санкт-Петербурга, Ярославля, Екатеринбурга…

— Как удается каждый раз начинать новый спектакль по-новому, отбросив предыдущий опыт?

— Сложно, надо настраиваться. Но ты садишься в гримерке, вспоминаешь, какие существуют предлагаемые обстоятельства, кто твой герой, что с ним происходит, чего и в какой сцене он должен достигнуть… Это определенный внутренний тренинг, который каждый сам для себя вырабатывает. Кто-то прыгает или отжимается, я знаю артиста, который бегает вокруг Театра Наций за 40 минут до начала спектакля, а другой просто сидит и тихонько пьет кофе. Все настраиваются по-разному.

— Говорят, театр оказывает психотерапевтическое воздействие на зрителя. Знаете ли вы подобные истории?

— Да, мне периодически рассказывают. Последний раз был не так давно, после спектакля «Игра», который у нас идет на Малой сцене по пьесе Энтони Шеффера. Его посмотрели мои знакомые, которых я много лет не видел. Потом они мне рассказали, как вышли из театра, пошли пешком в сторону Охотного Ряда, шли молча, не разговаривая друг с другом, и, придя домой, продолжили молчать, лишь утром решили, что стоило бы обсудить произошедшее накануне.

То есть их невероятно тронула эта история. Знаете, если люди после просмотра спектакля могут хотя бы на час отключиться от своих повседневных забот и о чем-то задуматься, то это уже можно считать нашей маленькой победой. Безусловно, театр лечит душу!

— Вы не только играете в театре, но и создаете кино. Расскажите про фильм «Жанна», где вы не только исполнили главную мужскую роль, но также выступили продюсером.

— Почти девять лет одноименный спектакль шел на сцене Театра Наций с большим успехом. Первый сезон мы играли «Жанну» на Малой сцене. Но постановка оказалась настолько востребованной, что наш художественный руководитель Евгений Миронов перенес ее на Большую сцену. И еще на протяжении восьми сезонов играли его с аншлагами.

Спустя три года после того, как мы начали играть эту пьесу, мы решили, что эта история очень кинематографичная, так появилась идея фильма. Пять лет писали сценарий, но он никак не складывался, потому что перевести на киноязык то, что идет на сцене, не так просто. Поэтому, конечно, когда нам удалось снять это кино и увидеть его на больших экранах, испытали ощущение триумфа. Очень приятно, когда намечаешь себе цель, идешь до конца и на финише оказываешься победителем.

— Это зрительское кино или оно скорее рассчитано на профессионалов?

— Мы участвовали в Московском международном кинофестивале, в международном фестивале стран Азиатско-Тихоокеанского региона — и там, и там «Жанну» признали лучшим зрительским фильмом на основании голосования, проведенного среди публики. Так что, безусловно, наш фильм смогут понять не только специалисты.

— Что изменилось в киноленте «Жанна» по сравнению с одноименным спектаклем?

— История осталась той же, но киносценарий дал нам возможность ее расширить, углубить, затронуть новые темы. Например, когда мы играли спектакль, я не чувствовал там так остро тему одиночества в моем герое Андрее.

Мне казалось, он — человек, проживший определенный промежуток времени с женщиной, которая ему помогала, и в одночасье решивший стать самостоятельным, который понял, что мужчина должен сам принимать решения.

В кино это остается, но усиливается тема одиночества Андрея, да и самой Жанны, и остальных. В кино мы заметили, насколько все персонажи по-своему несчастны, как умело они прячутся за внешним, показным счастьем, будучи неспособными обрести это состояние внутри. Проявились подводные камни, о которые наши герои стали спотыкаться, в итоге это, мне кажется, стало большим плюсом для картины.

— Над какими проектами в настоящее время работаете как продюсер?

— Скоро выйдет телесериал «Стюардесса»: самолеты, стюардессы, пилоты, красивая история любви. В производстве у нас находятся три картины. Расскажу про две из них. «УГРО. Враг у ворот» — это большая историческая драма, экшен, частично основанная на реальных событиях, произошедших летом и осенью 1941 года, когда немцы стояли в Одинцове.

Вторая картина — «Арсеньев» — о первооткрывателе Дальнего Востока, великом патриоте, который был членом Географического общества не только России, но и Америки, Великобритании. Когда началась революция, многие страны пред лага ли ему вместе с семьей уехать, но он был предан Родине до конца. Я очень благодарен Министерству культуры Приморского края и лично губернатору Олегу Николаевичу Кожемяко, который поддержал этот проект. И, конечно, мы благодарны Министерству культуры Российской Федерации, которое делает возможным создание таких фильмов.

— Вы за свою жизнь сменили много городов. Как они повлияли на вас?

— У каждого города энергетика, но мне сложно сказать, как именно они на меня влияли. Хотя правда, что в каждом городе ты черпаешь что-то свое. Комрат — город в Молдавии, в котором я родился, — моя малая Родина, там мои корни, я люблю туда приезжать. В Донецке я учился в школе. В Сургуте обучался в институте. Москва — вообще один из любимейших моих городов. В силу специфики своей профессии я объездил много мест, был в Нью-Йорке, Лондоне, Париже, Амстердаме, Хельсинки, Ганновере, Гонконге и в других городах. Поэтому смело скажу, что, безусловно, Москва — это один из лучших городов мира.

— Как вы формируете свой художественный вкус?

— Как и все — хожу на спектакли в разных театрах, люблю живопись и с удовольствием посещаю выставки. Например, в Нью-Йорке мой любимый музей — Frick Collection. Считаю, любому кинематографисту, а особенно начинающим операторам, обязательно нужно смотреть на живописные полотна, например, на то, как играет с освещением Вермеер, — это само по себе целая школа. По-моему, вырабатывать вкус помогает искусство — живопись, литература, кино, театр...

— Чему стоит уделять больше внимания — развитию ума или тела?

— Ник, мой герой в пьесе «Кто боится Вирджинии Вулф?», говорит Марте, что играл в футбол, но больше увлекается боксом. На что Марта отвечает, что ее отец всегда утверждал, что, кроме тела, надо развивать разум. Я же отвечу одним словом — «дисциплина». Надо обязательно вырабатывать в себе дисциплину, чтобы успевать делать все — совершенствовать и душу, и тело.

— Но творчество часто ассоциируется с хаосом. Как сочетать то, что требует свободного полета, с весьма жесткой дисциплиной?

— На мой взгляд, хаос возникает только из конкретики, из собранности. Он не рождается сам по себе, но появляется тогда, когда к нему готовишься. Мне кажется, именно дисциплина, внутренняя сосредоточенность позволяют всему этому балансировать внутри человека. В целом хаос — очень полезная вещь, потому что из него часто рождаются гениальные вещи, новые смыслы.

— Что лично вам нужно для счастья внутреннего, не внешнего?

— Счастье — нечто очень индивидуальное для каждого человека. Для меня это моя семья, те, ради кого я живу, мои дети. Безусловно, моя работа тоже счастье, я стараюсь относиться к ней честно. Театр Наций — часть моего счастья. Наш детский центр протезирования «Хочу ходить», где я являюсь соучредителем, фонд «Жизнь в движении» тоже части моего счастья. Это все такие фрагменты, которые в совокупности и составляют пазл моего счастья.

ДОСЬЕ

Александр Новин родился 27 сентября 1978 года в Комрате (Молдавия). Окончил РАТИ (ГИТИС), курс Голубовского и Морозова, затем ВГИК по специальности «Продюсерство кино и телевидения». Играет в спектаклях Театра Наций, в том числе «Мастер и Маргарита», «Стиляги», «Заводной апельсин» и других. В фильмографии более 30 ролей в кино и сериалах: «Восьмерка», Nocomment, «Жанна», «Кровь», «Апостол» и других. Мастер спорта по кикбоксингу.