касса +7 (495) 629 37 39
3 сен
19:00 / Основная сцена
3 сен
20:00 / Малая сцена
касса +7 (495) 629 37 39
Меню
В связи с профилактическими работами продажи будут приостановлены с 20:00 до 24:00
Назад
С тех пор как отечественная режиссура узнала о существовании «Википедии», сцена повидала множество умных цитат, но «Электра» Тимофея Кулябина в этом смысле бьет все рекорды. Приложение к программке сообщает зрителям о том, что есть бозон Хиггса, Большой взрыв и Черная дыра, а плазменный экран весь первый акт делится словами нобелевских лауреатов в области физики, аргументирующих свои атеистические убеждения. Дано все это, разумеется, на контрасте с волей богов, руководящей действием античной трагедии. Электра, во всяком случае, именно из богобоязненных соображений мстит своей маме за убийство папы. Покойный папа же, как известно, младшую сестру Электры заколол на алтаре. Ну и так далее; в общем, в стремлении угодить богам люди истребляют друг друга. А при условии отсутствия этих богов — так вообще глупостью занимаются. Кажется, об этом ставил спектакль молодой и перспективный режиссер, имевший большой успех в Новосибирске сразу после окончания ГИТИСа. Сценография по-европейски статична — это аэропорт: висят табло, стоят алюминиевые скамеечки, ждет своего рейса конвейер для багажа. Первый акт ­нарочито ритуален: жесты величественны, голоса монотонны и спокойны. Второй — суетлив и натуралистичен. И именно в этом контрасте рождается энергия подлинности. Грубый натурализм здесь срабатывает благодаря нарочитой церемониальности первого акта. Тут вообще надо сказать, что «Электра» — это, что называется, хорошо сделанный спектакль: режиссер здесь демонстрирует блистательное владение ремеслом, весьма достоверно копируя европейский почерк. Впрочем, есть тут один, самый ценный момент, когда о всяческих профессиональных терминах забываешь, — как раз во втором акте, когда на багажном конвейере выезжает истерзанное человеческое тело, его тащат по полу, оно валяется на кафельном полу, истекая кровью (это живой актер, не манекен). Я видел, как некоторые зрители закрывали рукой глаза при виде знакомого зрелища обезоб­раженного трупа посреди стерильного пространства аэропорта. Собственно, одним этим кадром сказано про трагедию в современном мире больше, чем всеми последующими перипетиями с убийством Клитемнестры и отчаянным богоот­ступничеством Ореста в финале.