касса +7 (495) 629 37 39
касса +7 (495) 629 37 39
Меню
В связи с профилактическими работами продажи будут приостановлены с 20:00 до 24:00
Назад
Нынешний фестиваль, спектакли которого можно увидеть на сценах Центра им. Мейерхольда и Центра на Страстном, отобразил едва ли не всю историю нового независимого театра России. Само это движение началось на волне перестройки, когда в 1987 году при Союзе театральных деятелей РСФСР возникли „творческие мастерские”. К 1993 году последние осколки этого движения канули в Лету. Началась пора дикого рынка с его бульварщиной и театральной энтропией. Проект „Открытая сцена”, возникший в 2002 году, — попытка реанимировать независимое движение. Случайно или нет, но фестиваль точно соединил сейчас две эти эпохи: в его программе сошлись эстетские опусы в духе 80-х годов и достижения новейшего театра Verbatim.

Спектаклем „Кандинских 2!” уже вроде бы исчезнувший вместе с „мастерскими” театр Александра Пономарева „Чет-Нечет” объявил о своем возрождении. Спектакль медитативен и аутичен, невнятен и темен, замкнут сам в себе — плутает где-то между самопародией, ярмарочным балаганом, псевдогаллюцинацией и ностальгией. За годы своего мерцающего существования „Чет-Нечет” вовсе утратил связь с реальностью, растерял агрессивность и цельность артистического жеста. С середины 80-х, осваивая новые территории, открывая никогда не игранные или забытые тексты русского авангарда, „Чет-Нечет” существовал в области чистого формотворчества, среди нефигуративной живописи и заумной поэзии. Тогда их жест выглядел как присяга на верность целой ветви культуры, уничтоженной режимом. В этом было не безразличие к реальности, но ясная позиция: лучшее в жизни — это искусство, лучшее в искусстве — русский авангард первой волны. Десять лет спустя, в конце 90-х, именно эта позиция Пономарева и его товарищей по „творческим мастерским” стала вызывать нестерпимое раздражение новой театральной генерации, захотевшей рассказывать об актуальном, житейски знакомом. Эстетство „творческих мастерских”, по мнению молодых режиссеров, окончательно оторвало театр от жизни — и они стали строить свой, документальный, театр.

Создатели еще одного проекта „Открытой сцены” „Подземный бог” — ученик Камы Гинкаса Антон Коваленко, художник Дмитрий Разумов и автор альтернативного городского шансона Сергей Бабкин — придумали свой спектакль как ответ и тем, и другим. Из Verbatim, из потока сегодняшней жизни они образовали яркое, нежное и исполненное какой-то новой театральности сочинение; мегаполис вдохновил их на этот пульсирующий жизнью спектакль. Действие его происходит в подземке — в подсознании живущего своей дикой, причудливой жизнью города. „Документальный” текст актеры читают, точно пародируя декламационную манеру театра Анатолия Васильева „Школа драматического искусства”, — напряженно акцентируя каждое слово. А монологи молодого героя, написанные в стилистике потока сознания, произносятся точно в приступе поэтического камлания. Из этих декламационных парадоксов рождается главный эффект спектакля. Черпающий свою энергию из сора повседневности, из документов городской жизни, он легко и радостно обращается к самым рафинированным театральным традициям. Именно в „Подземном боге” нежданно соединился опыт эстетского театра 20-летней давности с натиском нынешней документальности.