касса +7 (495) 629 37 39
сегодня
19:00 / Основная сцена
сегодня
20:00 / Новое Пространство. Страстной бульвар, 12/2
касса +7 (495) 629 37 39
Меню
В связи с профилактическими работами продажи будут приостановлены с 20:00 до 24:00
Назад
Актриса Марина Влади привезла в Москву спектакль „Владимир, или Прерванный полет”, в котором она кроме прочего исполняет песни Высоцкого. Среди аккомпанирующих актрисе музыкантов — живущий во Франции болгарин Костя Казански, музыкант, композитор, аранжировщик, поэт и продюсер. В России он известен в первую очередь как аранжировщик французских пластинок Владимира Высоцкого, хотя это не единственное, что связывает его с русской песней: в прошлом году он продюсировал первый парижский альбом Юрия Шевчука, а также принял участие в его записи. С Костей Казански беседует корреспондент „Газеты” Ольга Романцова.


— Вы были аранжировщиком первой французской пластинки Высоцкого “Le Chant Du Monde”, выпущенной в 1977 году. Почему он выбрал именно вас?

— За несколько лет до этого пластинку во Франции записал Булат Окуджава, поэтому Марина и Володя тоже стали искать такую возможность.

В то же самое время они пытались записать пластинку в Москве, Марина для нее тоже исполнила несколько песен. Работали мучительно, долго, но пластинка так и не вышла. Им аккомпанировал большой эстрадный оркестр. Но в Париже Володе хотелось сделать пластинку в стиле записей Боба Дилана: чтобы ему аккомпанировали только две гитары, контрабас и ничего больше. Он, кажется, искал музыкантов без консерваторского менталитета. Чтобы кто-то из них говорил по-русски, но не был русским по национальности. Тогда большинство русских, живших в Париже, были детьми эмигрантов. Возможно, Володя боялся, что, если он поработает с кем-то из них, у него потом будут неприятности в Москве.

— Вы помните, как познакомились с Высоцким?

— Когда Володя и Марина искали музыкантов, в какой-то момент возникло мое имя. Я тогда работал со знаменитым цыганом Алешей Дмитриевичем, и на какой-то вечеринке Алеша познакомил меня с Высоцким. Я даже не догадался, что это он. Смотрю — стоит Марина, рядом с ней — молодой парень. Алеша подвел меня к нему и сказал: „Познакомьтесь, это Валентин”. Мы минут пять поговорили с ним о погоде и разошлись. А через месяц меня пригласили принять участие в записи пластинки Высоцкого. Приехав на первую встречу, я с удивлением узнал своего знакомого „Валентина”. В Париже Высоцкого, конечно, не окружали таким обожанием, как в Москве. Но мы его уважали как человека и как артиста, и ему от этого было гораздо легче работать.

— Высоцкий вмешивался в ваши аранжировки?

— Нет, никогда не вмешивался. После того как мы записали вместе основной материал третьей пластинки, Высоцкий сказал мне: „Делай аранжировки так, как ты хочешь” и ушел с репетиций. Я все сделал сам. Я привык так работать. С Высоцким, с Алешей Дмитриевичем — сейчас многие цыгане копируют мои аранжировки — и с Юрием Шевчуком. У нас месяц тому назад вышел альбом „Ларек”. Обычно имя аранжировщика указывают мелкими буквами на оборотной стороне обложки. А Шевчук поставил на первой странице: „Юрий Шевчук & Константин Казански”. Это уважение творца к творцу.

— Интересно с ним работать?

— Интереснее всего то, что Юрий — человек нового поколения, с совершенно другим менталитетом. А работать с ним трудно, потому что он сам трудно работает и к себе относится очень строго. У него такая натура.

— Долго ли репетировали спектакль „Владимир, или Прерванный полет”?

— Месяц или полтора — так во Франции репетируют все спектакли. В России актерам и музыкантам жить немного проще: большинство где-то работает, получает зарплату. А у нас нет постоянной работы, и если ты не играешь на сцене, а только репетируешь что-то — жить не на что. Сначала Марина работала вместе с Тардье, по ходу дела заканчивая инсценировку. Потом пригласили меня обсудить музыкальное сопровождение спектакля. Ближе к премьере было несколько репетиций с музыкантами. Мы движемся по сцене, стараясь успеть за Мариной, играем, импровизируем.

— Марина на репетициях всегда соглашалась с Тардье?

— Ни один талантливый человек сразу не соглашается с предложением другого. Но во время репетиций они всегда находят компромисс, это нормально.

— Какие ваши ближайшие планы?

— Вернусь в Париж, а недели через две поеду в Болгарию. Мой друг, замечательный театральный актер Стоян Алексиев, предложил сделать вместе с ним спектакль. Изначально Стоян хотел, чтобы он в этом спектакле играл фрагменты из разных пьес, а я пел, аккомпанируя себе на пианино или на гитаре. Но я ему сказал: „Если ты будешь играть, а я - петь, то это не интересно. Я тоже хочу играть”.

Я всегда увлекался театром, даже поступал на актерский факультет, но меня не взяли, потому что я картавлю. Стоян согласился, и в результате мне пришлось выучить массу текста. Мы работали почти год, делая перерывы. Премьера спектакля будет в Софии в конце марта, а потом мы поедем в турне по Болгарии.