касса +7 (495) 629 37 39
сегодня
19:00 / Основная сцена
сегодня
19:00 / Новое Пространство. Страстной бульвар, д.12, стр.2
касса +7 (495) 629 37 39
Меню
В связи с профилактическими работами продажи будут приостановлены с 20:00 до 24:00
Назад

В Театре Наций сыграли премьеру. „Фрекен Жюли” — символистскую пьесу Августа Стриндберга — немецкий режиссер Томас Остермайер поставил как современную историю из жизни обитателей Рублевки. В главной роли — Чулпан Хаматова. Корреспондент „Известий” встретился с актрисой.

— Томас Остермайер — приверженец театра жесткого, физиологического, провокационного. Как вам в этой эстетике работалось?

— Чувствовала себя абсолютно органично. Когда актер понимает, что он делает, для чего и зачем — работать интересно. Русские артисты знают, что такое школа переживания, но у них не всегда есть возможность соединить переживания с техникой. У Остермайера брехтовский подход, он заставляет тебя по-другому мыслить, оправдывать предложенную им конструкцию, а не следовать за своим собственным внутренним разбором роли.

— А что дает спектаклю адаптация пьесы Стриндберга, предложенная драматургом Михаилом Дурненковым?

— Версия Дурненкова скорректировала отзвук, который должен быть у зрителей. Проблема аристократии в нашей стране неактуальна. Кто такие аристократы? Где эти люди голубых кровей? У нас есть „аристократия” денежная, буржуазная, „аристократия” богатых людей.

— Понятно, что во времена Стриндберга аристократка, вступившая в связь с лакеем, могла воспринимать это как трагедию. А что может подтолкнуть современную богачку, переспавшую с шофером, к самоубийству?

— Пьеса гораздо тоньше, сложней. В этой удивительной конструкции за крохотный промежуток времени кардинально меняется жизнь главных героев. Неожиданно они осознают, что ничего о себе не знали. Для Жюли история заканчивается катастрофой, для Жана (в этой роли Евгений Миронов. — „Известия”), мечтавшего вырваться из своего круга, осознанием, что на самом деле ему спокойней выполнять чужие приказы. Проблема социального неравенства — это лишь способ вскрыть другие темы: двойные комплексы, противостояние мужчины и женщины, тему власти.

— А это правда, что у вашей героини есть прототип?

— Я совершенно не знаю этот мир, поэтому мне потребовались консультации. Освоиться мне помогала умная, ироничная девушка, хорошо знающая мир изнутри. Когда я спросила ее, какая мысль, по ее мнению, должна звучать в спектакле, она ответила: „Пожалуйста, сделайте так, чтобы девушки не мечтали попасть в этот круг. Он не так прекрасен и безупречен, как кажется”. Вчера после премьеры ко мне подошла зрительница, которая сказала: „У меня точно такая же куртка, как у вашей фрекен Жюли. Какой кошмар, я ее больше не надену!”. Очевидно, ей не захотелось вставать в один ряд с моей героиней. Может, начнется с куртки, а закончится какими-то более глубокими выводами?

— Ваша героиня вызывает у вас сочувствие?

— Потеря свободы, инфантильность, абсолютная невозможность поставить себе оценку как личности не может не вызывать сочувствия.

— У вас сложился творческий альянс с Евгением Мироновым — второй раз на территории Театра Наций вы встречаетесь на сцене. А существует ли между вами профессиональное соперничество?

— Помните, в романе „Театр” Сомерсета Моэма главная героиня, чтобы отвлечь публику от партнерши, выхватывала красный платок? Для меня это самое страшное, что есть в театре. Это все мелко, пошло и не имеет смысла. Мы с Женей опытные актеры. Если он захочет меня переиграть, сделает это за две секунды. Если я захочу, чтобы зрители на меня смотрели, тоже смогу использовать целый набор приемов. Но в этом нет никакого азарта.

Участвовать в спектакле с сильным партнером страшно. Уровень ответственности возрастает, но в этом есть азарт и восторг. Ты всегда будешь с ним в одной тональности, петь одну и ту же песню, но он сможет подарить тебе джазовую импровизацию из нюансов, деталей, жестов, пауз.

— А как к вашему сотрудничеству с Театром Наций относится Галина Борисовна Волчек?

— Может быть, она переживает, может быть, ревнует. К счастью, я никогда ее недовольства не чувствовала. Наверное, любому режиссеру сложно, когда актер уходит на сторону. Мне кажется, Галина Борисовна понимает — чем больше будет развиваться артист, тем лучше для театра, в котором он служит.

— Какие работы вас ждут в родном „Современнике”?

— В марте приступаем к репетициям пьесы американского драматурга Дональда Маргулиса „Когда время останавливается”. Этот спектакль будет ставить Евгений Арье, с которым в этом году мы выпустили „Врагов. Историю любви”.

— А что нового происходит в вашем фонде „Подари жизнь”?

— Сейчас мы находимся в поворотной точке. Построенный центр гематологии готовится принять новых пациентов, а это значит, что количество людей, которым помогает фонд, увеличится в два раза. И мы должны быть готовы заранее и предусмотреть всевозможные варианты. Не хочется оказаться в ситуации, что мы помогаем детям, но помогаем недостаточно. Надо постараться помогать по-настоящему. Я очень надеюсь, что в ближайее время дети впервые войдут в наш центр.