касса +7 (495) 629 37 39
сегодня
19:00 / Основная сцена
завтра
19:00 / Основная сцена
касса +7 (495) 629 37 39
Меню
В связи с профилактическими работами продажи будут приостановлены с 20:00 до 24:00
Назад
Актриса Юлия Пересильд стремительно ворвалась на киноэкран и театральную сцену. Она снимается у Алексея Учителя, играет в театре у Кирилла Серебренникова и Алвиса Херманиса. В интервью GZT. RU она поделилась впечатлениями от работы с Евгением Мироновым и Владимиром Машковым и рассказала, что репетирует сейчас пьесу, похожую одновременно на фильмы Тарантино, братьев Коэн и Дэвида Линча.
Еще лет пять назад Юлию Пересильд знали только любители театра, смотревшие учебные спектакли Мастерской Олега Кудряшова в ГИТИСе. Сейчас Юлия снимается у самых продвинутых кинорежиссеров, среди ее киноработ роли в фильмах „Пленный”, „Однажды в провинции”, „Короткое замыкание”. В фильме „Край” Алексея Учителя, выдвинутого на „Оскар” от России, Пересильд сыграла одну из главных героинь, Софью. В театре Юлия тоже уже сыграла несколько знаковых ролей. На сцене актриса делит время между Театром Наций, где играет в „Шведской спичке” и „Рассказах Шукшина”, Театром на Малой Бронной, где глаз не оторвать от ее Гелены в „Варшавской мелодии”, и Театральной компанией Евгения Миронова- там она Сюзанна, не уступающая в ловкости своему жениху Фигаро (сам Миронов). Хоть театральный путь Пересильд начинался и не с роли в „Фигаро. События одного дня”, Сюзанна многое определила в ее актерской судьбе. Играя женщин разного возраста и характера, Юлия находит для каждой живые детали и точные краски. Она умеет играть по разным театральным законам: вжиться в роль по правилам русской театральной школы так, как будто играет себя, или по-европейски легко переходить из роль в роль, как в „Рассказах Шукшина”, до мелочей прорабатывая даже маленький фрагмент. Сейчас Пересильд репетирует в Театре Наций роль Дотт в пьесе современного американского драматурга Трейси Леттса с детективным названием „Киллер Джо”. Драматург, которого на Западе за последние 10 лет ставили все продвинутые режиссеры, в России практически неизвестен. Для постановки „Киллера” приглашен болгарин Явор Гырдев, известный театральный и кинорежиссер. Юлия, почему вы решили сыграть в пьесе „Киллер Джо”? Что вас заинтересовало в этой работе? Я давно хотела поработать с Явором Гырдевым, потому что видела несколько его спектаклей, когда снималась в Болгарии, и мне очень нравится „Метод Гренхольма”, который он поставил в Театре Наций. Не знаю, стала бы я репетировать такую пьесу с другим режиссером. В „Киллере Джо” масса жестких, агрессивных моментов: она похожа одновременно на сценарий фильма Тарантино, братьев Коэн или Дэвида Линча. Дело происходит в американской семье, все вокруг американское- не могу сказать, что мне это близко. Но Явор очень хорошо чувствует этот стиль. А я люблю делать то, что до сих пор еще не пробовала. Работа в театре всегда дает возможность окунуться во что-то неизведанное. Уже по названию понятно, что „Киллер Джо”- детектив. Не детектив, а скорее черная комедия, может быть, еще что-то. Сюжет лучше заранее не рассказывать. Можно хотя бы узнать завязку этой истории? Крис, сын автомеханика Анселя, приходит к своей сестре Дотти и говорит: „Наша мать, которая нас бросила, застраховала свою жизнь на 50 тысяч евро. Давай ее убьем, и получим эти деньги. Я круто вляпался, и мне надо отдавать долги, и эта страховка меня спасет”. Вы в этой пьесе играете Дотти. Сложная роль? Непростая. Я еще до конца ее не поняла, но Дотти в этой истории- дельфийский оракул. Она- очень странная девочка, родные считают ее не совсем психически здоровой. Дотти вообще ничего не оценивает, просто констатирует факты и считает всех людей хорошими. Вы сказали, что в театре вам интересно окунаться во что-то неизвестное. В кино такое тоже бывает? В кино это случается реже. Там другие законы: надо стремиться к правде жизни, играть какого-то конкретного человека. В театре это тоже нужно, но у спектакля, как правило, четкая форма и точный жанр. В кино это не правило, а исключение. Хотя я бы с удовольствием сыграла в фильме, похожем на „Догвилль” или „Криминальное чтиво”. Прежде чем сыграть в спектакле „Рассказы Шукшина”, вы и другие актеры Театра Наций ездили в родную деревню Шукшина Сростки. У Гелены, которую вы сыграли в „Варшавской мелодии”, настоящий польский акцент. Вам важны такие реалистические детали? Очень важны. Интересно, кто стал прототипом вашей героини в фильме „Край”? Играя в „Крае”, я вспоминала свою бабушку. Хотя, это совсем не значит, что я копировала ее манеру говорить или двигаться. Бабушка не попадала в лагерь для заключенных, и жизнь у нее складывалась не так, как у моей героини. Но мне помогало то, что я думала о ней. Вам не кажется, что в фильме „Край” слишком экзотическая фактура? Люди живут в тайге, устраивают гонки на паровозах? Нет, не кажется. Паровозы в то время были так же необходимы, как сейчас интернет: люди, работающие в Москве, без него просто жить не могут. Паровозы для героев картины- обителей глухого таежного поселка- единственное средство связи с внешним миром. В тайге они тоже живут не ради экзотики, а потому что их туда отправили на поселение. Людей, которые возвращались в Россию после немецкого плена или принудительных работ в конце 1940-х годов, либо вообще не брали на работу, либо арестовывали и отправляли на поселение, фактически в лагерь для заключенных. Я хорошо знаю об этом, потому что до „Края” снималась в сериале „Я вернусь”, рассказывающем о таких людях. Интересно, вы тоже не можете жить без интернета? Уже не могу. С одной стороны, плохо, что люди столько времени проводят у компьютеров. С другой, если мне нужно прочесть что-то для работы или просто заинтересовала какая-то книга, зачем идти в библиотеку и тратить целый день? Я могу быстро найти все в интернете. Что вы чаще скачиваете- книги, музыку или фильмы? Иногда книги, иногда музыку. Фильмы стараюсь покупать на дисках: так их приятнее смотреть. Конечно, я не специалист в области интернета, но не могу обойтись без таких элементарных вещей как электронная почта или Skype. Какие фильмы вы чаще смотрите, российские или западные? Согласны ли вы с тем, что российское кино сейчас находится в кризисе? Я не считаю, что российское кино сейчас в кризисе, и не хочу так считать. Мы же не ругаем маленького ребенка, что он не цитирует наизусть стихи Пушкина, и не бьем его по голове за то, что он не умеет водить машину. Российское кино после долгого перерыва стало делать первые шаги. Зачем сравнивать его с голливудскими блокбастерами? Его нужно оценивать, исходя из наших кинобюджетов, продюсерских расчетов на то, что покупается, а что- нет, и так далее. Да, у нас снимают много ерунды, но попадаются и интересные работы. Не думаю, что в Америке выпускают только шедевры: до нас доходит далеко не все, что там снимают. Думаю, что критикам не нужно убивать российские фильмы на корню. А то сначала раскритикуют картину так, что режиссеру и актеру после их статей не хочется ни снимать, ни сниматься, и потом удивляются: почему же у нас нет хорошего кино? Вы спокойно смотрите фильмы, в которых играли? Как вы оцениваете свою работу? Не могу сказать, что не люблю себя на экране, но часто замечаю какие-то недочеты. Иногда фильм просто тяжело смотреть, как „Однажды в провинции”. Хотя бывает, что я смотрю свою картину спокойно. Это не значит, что я любуюсь собой, просто уже могу отстраниться: время прошло, ничего исправить нельзя. Зачем переживать зря? Если придется выбирать между ролью в полнометражном фильме или в сериале, на чем вы остановитесь? Мой выбор не зависит от формата. Если в сериале интересная история и хороший режиссер, выберу сериал. А если мне предложат сниматься в картине, похожей на „Самый лучший фильм”,- откажусь. Часто ли вы отказываетесь от киноработ? Я всегда отказывалась от многих предложений. Сейчас такое тоже бывает. Чтобы не расстраиваться, прошу своего агента не сообщать мне о каких-то предложениях, если уже известно, что буду в этот период занята. И не читаю заведомо неинтересных сценариев. Недавно, просматривая вашу фильмографию, обратила внимание, что в 2008 и 2010 годах у вас довольно много фильмов, а в 2009-м всего один. Почему? Я приходила в себя после съемок фильма „Край”. После окончания работы в картине такого уровня с таким замечательным режиссером и оператором и партнерами наступает легкое опустошение. Сложно начинать что-то новое. Мы ведь довольно долго были погружены в эту работу, почти год. Я вдруг поняла, какой высокой должны быть планка. А мне, как нарочно, приходилось читать сценарии, которые после нескольких страниц хотелось закрыть и забыть навсегда. Но я их дочитывала, встречалась с режиссером и убеждалась: мне не надо этим заниматься. После этой паузы возник фильм „Подсадной”. У меня там маленькая роль, но я снова почувствовала интерес к работе. Нынешним летом снималась в фильме „Пять невест”. Читала сценарий и смеялась, а потом режиссер предложил мне роль, от которой я не могла и не хотела отказываться. В „Крае” вашим партнером был Владимир Машков. В театре вы часто играете с Евгением Мироновым. Они- однокурсники, ученики Олега Табакова. Есть ли у них что-то общее? Похожа ли их манера работы? Я их никогда не сравнивала: театр и кино- разные виды искусства. Машков- талантливый человек, и мне было очень интересно сниматься с ним в „Крае”. А Миронов для меня не просто талантливый актер, партнер по сцене и художественный руководитель Театра Наций, где я играю несколько спектаклей. Я его уважаю и по-человечески очень люблю. Миронов делает важное дело: строит новый театр. Это очень сложно. Когда он возглавил Театр Наций, здание этого театра было „долгостроем”. От него остался только фасад, на месте зрительного зала был огромный котлован. Скоро ли построят новое здание? Хотелось бы, чтобы это случилось в следующем сезоне. В новом здании будет несколько сцен: одна для постановок великих режиссеров, другая- для молодых, начинающих. С нетерпением жду, когда его построят, но загадывать очень сложно. Например, никто же не ожидал, что грянет мировой экономический кризис. Вы по-прежнему ездите на общественном транспорте. Скажите, вас узнают в метро или на улицах? Нет, не узнают. В жизни я обычная „серая моль”. Но я не расстраиваюсь: Евгения Миронова на улицах тоже практически не узнают. По-моему, актер в жизни и на сцене- это два разных человека, два разных мира. Гораздо хуже, если ты приходишь на спектакль, видишь артиста и понимаешь: он на сцене точно такой же, как на светских мероприятиях или на фотографиях с обложек глянцевых журналов.